Сегодня парламентскую демократию уже нельзя назвать по-настоящему демократической. Уже при введении в 1848 году строй был ограниченным: действовало цензовое избирательное право, при котором голосовать могли лишь от 7 до 12 процентов взрослых мужчин. Всеобщее избирательное право для мужчин появилось только в 1917 году, для женщин — в 1922-м, а молодёжь с 16 лет по-прежнему не может голосовать.
Примерно до 1960 года система соответствовала разделению на «столпы»: люди голосовали в основном исходя из веры или мировоззрения. Затем граждане сильно индивидуализировались, но политическая система не приспособилась. Избиратели по-прежнему могут выбирать только готовый партийный пакет. Это ведёт к восьми структурным проблемам:
- Свободный мандат: депутаты голосуют без указаний и не связаны программой или обещаниями, с которыми их избрали.
- Фракционная дисциплина: избранник нередко больше отчитывается перед партийным руководством, чем перед избирателями.
- Проблема пакета: избиратель вынужден проглатывать готовый пакет позиций, в том числе те, которых он не разделяет.
- Коалиционная политика: реальный курс определяют не итоги выборов, а формирование правительства под руководством людей, которых народ не избирал.
- Нет обязывающих инструментов: между выборами гражданин не может скорректировать курс; обязательного референдума нет.
- Собственный мир: у многих политиков мало опыта вне политики, поэтому Гаага всё менее представительна.
- Краткосрочное мышление: выборы раз в четыре года стимулируют политику, дающую быстрый результат, а долгосрочные вопросы остаются нерешёнными.
- Неравное влияние: лоббисты, организации по защите интересов и СМИ имеют доступ к власти; обычный избиратель — нет.
Почти все нынешние политические партии используют голоса избирателей так, как им удобно.
Поэтому вопрос остаётся оправданным: насколько демократична наша парламентская демократия на самом деле сегодня?





